Елена Федосеева Автор Елена Керн

Елена Керн

08.07.2026

Обмен опытом: как незрячие люди живут в Австралии

Кратко:

В Австралии проживает более 500 000 человек с нарушением зрения. Какие поддержку им оказывают, где они учатся и работают?

В Австралии проживает более 500 000 человек с нарушением зрения, из которых примерно 66 тысяч — полностью незрячие. О том, где учатся незрячие и слабовидящие люди, какие специальности выбирают и на какую поддержку от государства могут рассчитывать, «Особому взгляду» рассказала Татьяна Эрнст, мама слабовидящей дочери Алисы, из Австралии.

Инвалидность

Статистические данные свидетельствуют о том, что более 70 % австралийцев с инвалидностью по зрению являются людьми старше 65 лет, лишь 3% незрячих людей в Австралии — это дети. Для молодых австралийцев слепота является редкой патологией и инвалидность по зрению им устанавливается нечасто.

«Система оформления инвалидности в Австралии кардинально отличается от российской, — рассказала Татьяна Эрнст. — Здесь нет привычных групп (1, 2 или 3) и не используется процентная оценка утраты трудоспособности. Вместо этого применяется функциональный подход — объем помощи зависит от того, насколько нарушение зрения ограничивает повседневную жизнь человека».

В Австралии используется два медицинских критерия определения «юридической слепоты» (legal blindness) — острота зрения: 6/60 или ниже (то, что человек с нормальным зрением видит с 60 метров, незрячий видит лишь с шести), или сужение поля зрения до 10 градусов или менее. Статус «юридической слепоты» дает доступ к ряду льгот (например, к пенсии по инвалидности) и поддержке.

Основной механизм помощи для человека с нарушением зрения в Австралии — это NDIS (Национальная схема страхования по инвалидности). Для того чтобы стать ее участником, ему нужно не просто подтвердить свой диагноз у офтальмолога, но и доказать, что его состояние постоянно и не подлежит лечению.

«Ключевым документом часто становится отчет эрготерапевта (occupational therapist), — продолжила Татьяна Эрнст. — Специалист оценивает, как человек справляется с бытовыми задачами: может ли он сам принимать душ, следить за гигиеной, приготовить еду, самостоятельно выходить из дома и ориентироваться на улице, работать с информацией и пр. При оценке также учитывается наличие помогающих членов семьи, что в австралийской системе называется "неформальной поддержкой" (informal supports). Это часто становится палкой о двух концах: если у человека есть заботливые члены семьи, NDIS может снизить бюджет, посчитав, что часть задач родственники должны выполнять бесплатно. Такой подход нередко вызывает возмущение, так как фактически наказывает семьи за их вовлеченность и готовность помогать близкому человеку».

Система NDIS все еще считается новой и несовершенной. Ее часто критикуют за непоследовательность: люди с одинаковым диагнозом могут получить абсолютно разные бюджеты на поддержку. Процесс превращается в необходимость постоянно «продавать свою инвалидность» — доказывать потребности, собирать новые отчеты и обосновывать каждый доллар помощи. В итоге система, созданная для поддержки, нередко становится для людей и их семей серьезной административной и психологической нагрузкой.

Льготы и пособия

Австралийцы с инвалидностью по зрению получают от государства несколько мер социальной поддержки:

1. Государственная страховка по инвалидности NDIS.

Это не непосредственно денежная выплата «на руки», а целевое финансирование определенных услуг и специального оборудования. Обычно она покрывает расходы на специалистов, обучающих ориентированию с тактильной тростью, эрготерапевтов, помогающих освоить навыки независимости, ассистивные технологии (экранные дикторы (JAWS), брайлевские дисплеи, увеличители), работников, обеспечивающих помощь в быту или сопровождение, изредка транспорт и другое. Каждый участник NDIS получает свой индивидуальный целевой план и бюджет на конкретные нужды сроком на один-два года. Стоимость услуг специалистов высока (даже для людей с доходом выше среднего), поэтому без такой страховки получить помощь за свой счет или иным путем незрячему человеку невозможно. Кроме того, каждый потраченный доллар должен соответствовать целям индивидуального плана и быть подкреплен документацией, инвойсами и чеками об оплате.

2. Пенсия по инвалидности DSP.

Пенсия по инвалидности выплачивается один раз в две недели. В отличие от других категорий инвалидности, для людей с подтвержденной «юридической слепотой» эта пенсия часто выплачивается без учета доходов и имущества. Это значит, что незрячий человек может работать и получать высокую зарплату, но при этом сохранять право на полную государственную пенсию.

3. Транспортные льготы.

Поскольку вождение автомобиля незрячему человеку недоступно, государство компенсирует это путем предоставления ему и нередко его сопровождающему право на бесплатный проезд на общественном транспорте. Пассажиру с инвалидностью по зрению выдается специальное удостоверение Vision Impaired Travel Pass. Во многих штатах Австралии действует программа, в рамках которых незрячие люди получают скидку 50 % на оплату поездок в такси до определенного лимита.

4. Жилье.

В Австралии бесплатное жилье людям с инвалидностью не предоставляется. Они имеют приоритет в очередях на получение социального жилья, но его ожидание может растянуться на годы. У получателей DSP Blind есть право на пособие по аренде, но это лишь небольшая добавка к основной выплате, которая редко покрывает рыночную разницу в цене. По словам Татьяны Эрнст, в текущих условиях многие незрячие и слабовидящие люди вынуждены искать жилье на частном рынке, что при нынешних ценах на аренду жилья съедает значительную часть их пенсии.

Обучение и трудоустройство

В Австралии действует принцип инклюзивного образования, поэтому большинство незрячих и слабовидящих детей учатся в обычных государственных или частных школах вместе со сверстниками. Специализированные школы существуют, но их немного, чаще они ориентированы на детей с более сложными или множественными нарушениями, включая интеллектуальную инвалидность.

Для детей с сохранным интеллектом, но с нарушением зрения такие школы часто не подходят.

«В обычной школе ребенок может получать дополнительную поддержку, — продолжила Татьяна Эрнст. — Ассистент учителя помогает незрячему ученику ориентироваться в классе, адаптирует задания, делает учебный материал более доступным и поддерживает на уроках. Специалист по зрению работает с учеником ограниченное количество часов в неделю, обучает работе с технологиями и помогает адаптировать учебный процесс. При этом специалистов, узко работающих именно с нарушением зрения, немного, и все чаще это педагоги более широкого профиля».

Учебные материалы незрячему ученику школа предоставляет в доступном для него формате (в аудио или электронном формате, тексты, напечатанные шрифтом Брайля или крупным шрифтом). Для его обучения используются современные технологии: компьютеры или планшеты с программами экранного доступа и увеличения, брайлевские дисплеи и клавиатуры, электронные увеличители. При этом в младших классах по-прежнему активно используются материалы, напечатанные шрифтом Брайля, благодаря им дети осваивают навыки письма и чтения текстов.

«Однако важно понимать, что эта система работает не идеально, — добавила Татьяна Эрнст. — Обычные устройства, такие как ноутбуки или планшеты, как правило, не финансируются системой государственной страховки по инвалидности и приобретаются семьей или предоставляются школой. Специализированные устройства, например, брайлевские дисплеи, могут быть оплачены, но для этого требуется длительный процесс согласования и обоснований».

По ее словам, уровень поддержки в школе может существенно различаться. Наличие ассистента, своевременная адаптация материалов и доступ к необходимым ассистивным технологиям не всегда обеспечиваются в полном объеме. На практике значительная часть этой работы нередко ложится на родителей. В результате, несмотря на существующие возможности, их реальная доступность не всегда определяется потребностями ребенка, а во многом зависит от конкретной ситуации, наличия специалистов и ресурсов школы.

«Например, в ряде случаев школа может не обеспечить необходимую поддержку в течение длительного времени. Даже при наличии специалистов и официальных рекомендаций доступ к ассистивным технологиям (например, увеличителям для чтения) может задерживаться на несколько месяцев или даже лет. Некоторые разумные адаптации — такие как использование личных компьютеров и планшетов, контрастных материалов или альтернативных инструментов для письма — могут ограничиваться из-за внутренних правил школы. Договоренности о поддержке (например, обучение шрифту Брайля, работе с компьютером или предоставление адаптированных материалов) не всегда реализуются на практике или выполняются непоследовательно. В результате ребенок может иметь способности и мотивацию, но при этом не получать полноценного доступа к учебной программе и постепенно отставать.В подобных ситуациях семьи иногда рассматривают альтернативные формы обучения, включая домашнее образование, чтобы обеспечить стабильный доступ к материалам и необходимым условиям для обучения», — сказала Татьяна Эрнст.

Получать профессиональную подготовку молодые австралийцы с нарушением зрения могут в колледжах и университетах.

Чаще всего они выбирают специальности, где проще компенсировать зрительные ограничения благодаря программам экранного доступа. Популярные направления профессиональной подготовки связаны с IT и программированием, гуманитарными науками, (психология, социальная работа, право), образованием, администрированием. В последние годы среди незрячих австралийцев растет интерес к профессиям в сфере массажа и лечебной физкультуры.

«Несмотря на развитую инклюзию, на пути к диплому хватает подводных камней, — рассказала Татьяна Эрнст. — Одна из главных системных преград — неопределенная зона ответственности между NDIS и системой образования. В то время как вузы по закону обязаны обеспечивать "разумные адаптации" (цифровые материалы, продление времени на экзаменах), NDIS часто отказывается оплачивать персональных ассистентов или специальные пособия и оборудование, считая это обязанностью учебного заведения. В результате студенты нередко оказываются между двумя системами и сталкиваются с нехваткой поддержки, значительными задержками в предоставлении материалов и необходимостью самостоятельно адаптировать учебный процесс».

Как и во многих других странах, в Австралии незрячие и слабовидящие люди испытывают существенные трудности при трудоустройстве. Уровень занятости людей с инвалидностью в целом значительно ниже, чем у остального населения: если среди людей без инвалидности трудоустроены около 80%, то среди людей с инвалидностью работу имеют лишь около 53% (и далеко не все — на полную ставку). Среди людей с серьезным нарушением зрения ситуация еще сложнее: только один из четырех (24%) имеет полноценную занятость. Более половины представителей этой группы совсем не работают, а многие из трудоустроенных работают не на полную ставку или неполную рабочую неделю.

«Таким образом люди с нарушением зрения остаются одной из самых уязвимых групп на рынке труда, — объяснила Татьяна Эрнст. — Помимо конкуренции на рынке труда, основные проблемы трудоустройства связаны с предвзятостью работодателей, страхом, что нанимать незрячих будет сложно и дорого, и отсутствием понимания, как именно адаптировать рабочее место. В результате, даже имея высокий уровень образования и профильную подготовку, многие незрячие вынуждены работать на позициях ниже своей квалификации — этот феномен "недозанятости" является одной из главных проблем интеграции специалистов в австралийскую экономику».

Дополнительным барьером при трудоустройстве людей с инвалидностью по зрению выступает специфика самой Австралии: сложность передвижения до работы в районах с плохо развитым общественным транспортом часто становится решающим фактором, ограничивающим выбор доступных вакансий.

Люди с серьезным нарушением зрения чаще всего работают на административных должностях, в сфере информационных технологий и образования, в колл-центрах, а также в государственном секторе, благотворительных и реабилитационных организациях.

«Хотя некоторые незрячие люди заняты на простых или физических работах, современные технологии — такие как экранные дикторы и брайлевские дисплеи — в последние годы значительно расширили их профессиональные горизонты. Благодаря им незрячие специалисты успешно строят карьеру в юриспруденции, системном программировании, финансовой аналитике и цифровой доступности», — добавила Татьяна Эрнст.

Кроме того, в Австралии реализуется программа поддержки трудоустройства людей с инвалидностью Disability Employment Services (DES). В ее рамках незрячие и слабовидящие соискатели могут получить помощь в составлении резюме, подготовке к собеседованию и поиске вакансий. Ключевую роль в этом процессе играет служба Job Access, которая помогает работодателям адаптировать рабочее место и координирует выплаты из Фонда содействия занятости (Employment Assistance Fund – EAF). Работодателям могут быть предложены субсидии на выплату зарплаты и компенсации за адаптацию рабочего места через EAF. Этот фонд берет на себя компенсацию основных расходов компании, которая берет на работу человека с инвалидностью: полностью или частично покрывает покупку дорогостоящего оборудования, такого как брайлевские дисплеи, специализированные принтеры и программы экранного доступа.

«На практике эффективность помощи часто зависит от провайдера DES: центры занятости не всегда знают как учитывать специфику нарушения зрения, — объяснила Татьяна Эрнст. — В результате многие соискатели по-прежнему вынуждены самостоятельно преодолевать барьеры, доказывать свою профпригодность и проявлять настойчивость, чтобы добиться адекватной технической поддержки».

Татьяна Эрнст добавила, что государственная схема страхования инвалидности может помогать в обучении навыкам работы с технологиями и в подготовке к трудоустройству, но она не занимается поиском работы напрямую и не предоставляет услуг по найму. Однако в рамках NDIS существует важная подпрограмма для заканчивающей школу молодежи — School Leaver Employment Supports (SLES).

Она помогает выпускникам школ плавно перейти к трудовой деятельности, развивая их уверенность и рабочие навыки в течение первых двух лет после выпуска. Задача NDIS — обеспечить человека базовой подготовкой (например, обучить работе с экранным диктором или ориентированию в городе), в то время как непосредственным подбором вакансий должны заниматься службы DES.

«Получается, что формально программы поддержки существуют, но в реальности помощь часто носит общий характер и не учитывает специфику зрения, а консультанты не всегда понимают потребности таких соискателей. В итоге предложения работы и уровень зарплаты часто не соответствуют реальной квалификации человека. В таких условиях успех во многом зависит от личной настойчивости, поддержки семьи и друзей, а также от удачного стечения обстоятельств. Однако позитивные примеры есть: крупные корпорации и банки (Microsoft, Westpac, ANZ) активно нанимают людей с инвалидностью, включая незрячих. В Австралии нет обязательных государственных квот, поэтому такие компании действуют добровольно в рамках корпоративной социальной ответственности и своих стратегий инклюзивности. Это не только помогает им создавать положительный имидж, но и открывает доступ к талантливым специалистам, которых часто игнорирует остальной рынок», — сказала Татьяна Эрнст.

Источник: socialfutures.org.au

Хобби и досуг

В свободное время незрячие и слабовидящие люди в Австралии ведут активную жизнь: занимаются спортом, путешествуют, общаются и развивают хобби. Среди популярных активностей — плавание, бег с гидом, тандемный велоспорт, а также специфические виды спорта, такие как голбол или крикет для незрячих.

Австралийцы с нарушением зрения любят заниматься творчеством, слушать музыку и аудиокниги.

«Занятия незрячих людей во многом зависят от транспортной доступности и уровня индивидуальной поддержки, — рассказала Татьяна Эрнст. — Многие активности требуют тщательного планирования: например, поиска сопровождающего или организации специального трансфера. При этом существует и менее заметная, "теневая" сторона жизни: огромная часть времени и энергии уходит на взаимодействие с системой поддержки. Постоянное оформление услуг, отчетность, переписка с организациями и необходимость отстаивать свои права превращаются в изматывающую вторую работу. Это значительно снижает внутренний ресурс, который человек мог бы направить на полноценный отдых и саморазвитие».

Доступная среда и общественное мнение

Многие незрячие люди в Австралии передвигаются по улице самостоятельно. Этому способствует развитая городская инфраструктура: на перекрестках установлены тактильные плитки, светофоры оснащены звуковыми сигналами, а указатели на дверях общественных туалетов, кнопки в лифтах и таблички в зданиях часто дублированы шрифтом Брайля. Хорошие тротуары и доступный транспорт делают города в целом удобными для навигации.

«Основным инструментом навигации остается белая трость, — рассказала Татьяна Эрнст. — Для безопасного передвижения большинство незрячих людей по-прежнему полагается именно на нее. Собак- проводников они используют нечасто. Это связано с длительностью ожидания ее получения (2- 4 года), сложностью обучения, высокой стоимостью содержания и трудностями с получением финансирования от NDIS на эти цели. Для освоения новых маршрутов люди проходят обучение с инструкторами по ориентированию и мобильности. Когда необходимо посетить незнакомое место, незрячие австралийцы чаще всего прибегают к помощи сопровождающих, оплачиваемых через систему NDIS, либо полагаются на поддержку семьи и друзей. Постоянной системы волонтеров, доступной по первому требованию, в стране нет, поэтому уровень мобильности во многом зависит от того, насколько грамотно распределен бюджет NDIS и насколько активен социальный круг человека».

По словам Татьяны Эрнст, к незрячим людям в Австралии в целом относятся доброжелательно: в повседневной жизни люди проявляют уважение и готовность помочь. Открытая агрессия встречается крайне редко.

«Однако существуют более тонкие барьеры — жалость, чрезмерная опека и недооценка возможностей, — объяснила Татьяна Эрнст. — Часто возникает эффект невидимости, когда человека не воспринимают как равного и самостоятельного участника общества. Наибольшие сложности проявляются не в личном общении, а на системном уровне — в образовании и трудоустройстве, где поддержка часто носит формальный характер. Ярким примером разрыва между законом и реальностью является доступ в общественные места с собаками-поводырями. Несмотря на то, что федеральный закон строго запрещает дискриминацию, незрячие австралийцы регулярно сталкиваются с барьерами. Самая актуальная – это проблема с доступом к услугам такси и Uber. Водители нередко отменяют поездки или уезжают, увидев собаку, опасаясь загрязнения салона или из-за личных предубеждений. В небольших кафе и ресторанах персонал иногда пытается отказать незрячим людям в доступе с собакой-проводником, ссылаясь на санитарные нормы, которые на самом деле не распространяются на них. Так что проблема не в отсутствии законов — они в Австралии одни из самых прогрессивных в мире, а в их непоследовательном исполнении. Из-за отсутствия быстрого наказания для нарушителей незрячим людям приходится постоянно находиться в режиме борьбы, отстаивая свои базовые права».

Обмен опытом: как незрячие люди живут в Австралии

Инвалидность

Льготы и пособия

Обучение и трудоустройство

Хобби и досуг

Доступная среда и общественное мнение

Рекомендуем

Об авторах

Обмен опытом: как незрячие люди живут в Австралии

Инвалидность

Льготы и пособия

Обучение и трудоустройство

Хобби и досуг

Доступная среда и общественное мнение

Рекомендуем

Об авторах

Хотите получать рассылку «Особый взгляд»?